Говорят про участие России в войне в Йемене


Лидер йеменских повстанцев написал Владимиру Путину письмо с просьбой вмешаться в конфликт. Аналогичная просьба была направлена во Францию и Китай. Выбор стран вызывает, конечно, ряд вопросов, особенно по части нахождения в числе адресатов Макрона.

А вот само письмо скорее закономерное, чем неожиданное. В Йемене на стороне правительства воюют те же страны, что против Асада в Сирии, а на стороне повстанцев — по факту те же, что в Сирии за Дамаск. Ну, даже если не воюют, просто поддерживают.

Говорят про участие России в войне в Йемене

В общем, расклад сил довольно ясный, как и причина, побудившая повстанцев паниковать: порт Ходейда будет вот-вот отжат.

Говорят про участие России в войне в Йемене

Ходейда — единственный подконтрольный повстанцам-хуситам порт. Представители коалиции настаивают, что повстанцы получают через него оружие от Ирана. Так как вся подконтрольная хуситам территория на суше граничит с Саудовской Аравией, этот порт — единственная связь повстанцев с внешним миром. Через него хуситы и жители подконтрольных им территорий получают и гуманитарную помощь.

А поскольку на грани тотального голода находятся миллионы человек, логично забить тревогу.

На стороне йеменских повстанцев Ливан и Иран (с разной степени недоказанности степени участия). На стороне правительственных сил — все остальные (кроме Судана, он свернулся, как только на горизонте замаячило тесное сотрудничество с Россией).

Если вкратце — Москва старалась всеми силами не лезть дальше гуманитарки, потому что остро и жарко сейчас на юге Красного моря. Повстанцы — антиизраильские, антиамериканские, антисаудовские. Кроме того, они даже не имеют официальных властных полномочий. Прямых интересов там не так уж много. Есть, конечно, и такой вопрос:

Говорят про участие России в войне в Йемене

Более того, тут даже очевидна непосредственная заинтересованность в блокаде или контроле саудитами Баб-эль-Мандебского пролива… Но так глубоко пока копать не будем.

Останемся на уровне вопроса — какой может быть реакция Москвы на просьбу йеменцев, и как при этом не испортить отношений, желательно, ни с кем (поводы для того, чтобы их подпортить, найдутся легче, чем шанс помириться).
Самое логичное — простая дипломатия. Без намека на военное присутствие, даже без слова «миротворец» устроить какой-нибудь «астанинский формат», центр примирения, зону деэскалации. Желательно как раз с доступом к порту — для гуманитарки.

Вовсе необязательно вмешиваться танками и самолетами: настолько прямой конфликт к саудитами должен быть очень обоснован. А вот переговоры между властью и несогласными — как раз по части наших профессионалов. Там же можно договориться о перемирии — на время поставки гуманитарных грузов.

Активная фаза конфликта идет с 2014 года. Больше десяти тысяч погибших. Вмешаться с оружием — рискованная затея. Хотя никогда нельзя исключать, что о каких-то подводных камнях нам просто неизвестно. Посмотрим, кстати, как отреагируют китайцы. Уж по этим всегда будем понятно, что они нашли выгоду.

А вообще, честно говоря, очень уж там дела бесперспективные. КСА не сдается, как и те, кому она не нравится. На Ближнем Востоке вообще конфликты легко найти и сложно замять. Тяжело будет йеменцам.